Главная / Аналитика / Анализ, мнения, обзоры / VIP. Позиции и мнения

В.В. Путин «Ресурсы нужно использовать более эффективно»

Из стенограммы заседания Совета при Президенте по науке и образованию от 24 июня 2015 г. В.П. Путин. «Мы хорошо знаем и много раз уже об этом говорили, говорим об этом постоянно: нам нужно осваивать Сибирь, Дальний Восток, Арктику, наращивать промышленный потенциал, обеспечивать продовольственную безопасность. И эти задачи требуют принципиально новых, нестандартных технологических решений в сфере энергосбережения, производства и транспортировки энергоресурсов, в целом повышения энерговооружённости экономики. Другая проблема – это рациональное использование природных ресурсов. Она у нас до сих пор не решена, мы позволяем себе недопустимую расточительность.» Далее выступления Президента России и первые три доклада участников заседания, посвященные проблемам эффективного использования ресурсов.

В.В. Путин «Ресурсы нужно использовать более эффективно»

Путин В.Путин: Уважаемые коллеги, добрый день!

Сегодня, как мы и договаривались, обсудим вопросы, связанные с выбором приоритетов научно-технологического развития. Здесь необходимо исключить какой‑либо ведомственный, корпоративный лоббизм, предвзятость, субъективные подходы. Понятно, что задача очень сложная, поэтому все решения должны приниматься максимально открыто, прозрачно, по понятным обществу принципам.

И ещё один существенный момент. Задавая систему приоритетов, мы не можем ограничивать свободу творческого, исследовательского поиска, право на эксперимент. Некоторые небезосновательно, видимо, считают, что выбрать приоритет вообще невозможно, тем не менее для того, чтобы грамотно организовать работу и, что самое важное, обеспечить финансирование, придётся всё‑таки это сделать.

Мы понимаем, что наука – это не вещь в себе, она не может развиваться в отрыве от задач развития страны, от тех вызовов, с которыми сталкивается государство в геополитической, экономической, демографической, социальной сферах, в области национальной безопасности.

В мире происходят стремительные изменения, они затрагивают все стороны жизни, в том числе научно-техническую сферу. Ведущие государства стремятся гибко реагировать на такие тенденции, создавать новые механизмы поддержки и развития системы научных исследований. И мы, безусловно, должны быть готовы к такой конкуренции. Собственно, это вопрос о нашем научном и технологическом суверенитете, о том, чтобы внешние вызовы, какие‑либо ограничения, попытки сдержать Россию, а также слабость собственного научного потенциала не становились барьером для развития, для нашего роста.

Речь вовсе не о том, чтобы уметь делать всё самим. Я уже это неоднократно говорил и применительно к теме, которую мы обсуждаем сегодня, повторю ещё раз: [речь] не о технологической или научной автаркии, это невозможно. Подобная интеллектуальная изоляция способна привести лишь к отсталости. А если мы сможем обеспечить лидерство по ряду ключевых направлений, если от российских технологий будут зависеть партнёры, и при этом мы будем способны быстро впитывать и использовать чужие наработки, то такая взаимозависимость будет серьёзно укреплять наши позиции, и мы сможем на равных разговаривать с другими участниками глобального технологического развития и будем застрахованы от разного рода рисков.

Хотел бы отметить несколько важных моментов.

Первое. Мы хорошо знаем и много раз уже об этом говорили, говорим об этом постоянно: нам нужно осваивать Сибирь, Дальний Восток, Арктику, наращивать промышленный потенциал, обеспечивать продовольственную безопасность. И эти задачи требуют принципиально новых, нестандартных технологических решений в сфере энергосбережения, производства и транспортировки энергоресурсов, в целом повышения энерговооружённости экономики. Другая проблема – это рациональное использование природных ресурсов. Она у нас до сих пор не решена, мы позволяем себе недопустимую расточительность.

Просил бы руководство наших добывающих компаний, промышленных предприятий ещё раз обратить внимание на эти вопросы и при планировании своих расходов на НИОКРы, на экологические программы выстроить практическую работу с российскими учёными, занимающимися проблемами ресурсосбережения. Не менее важно сосредоточиться на создании отечественного производственного оборудования, станочного парка. Это основа основ развития индустриального, оборонно-промышленного потенциала страны.

И конечно, нам нужно заниматься вопросами качества жизни человека, а это – передовые медицинские технологии, производство здоровых продуктов питания, экология, безопасные материалы для жилищного строительства. Словом, это всё то, что обеспечивает человеку долгую, комфортную, активную жизнь.

Второе. Нужно определить само понятие, содержание приоритета научно-технологического развития. У таких приоритетов должны быть чёткие цели, измеримые индикаторы исполнения, механизмы реализации. Потребуется мощное аналитическое, ресурсное сопровождение.

Третье. Очевидно, что приоритетов не может быть много, иначе обесценивается само понятие приоритета. При этом, если мы выбираем конкретные ключевые направления, то их финансирование необходимо обеспечить в полном объёме. Нам нужно научиться концентрировать ресурсы, избавляться от слабых, неконкурентоспособных структур в научно-образовательной сфере. Мы вчера вечером в достаточно узком составе с некоторыми из здесь присутствующих эти вопросы предметно обсуждали применительно, правда, к фундаментальной науке и к науке в целом.

А в целом следует серьёзно заняться вопросами повышения эффективности использования бюджетных средств. Сложившаяся система бюджетного планирования в сфере науки и научных исследований пока ещё очень размыта. Отсутствуют единые, внятные критерии результативности использования ресурсов. Прошу Правительство внимательно посмотреть этот вопрос и предложить варианты его решения.

Четвёртое. Понятно, что в соответствии с выбранными приоритетами надо будет готовить кадры, развивать научную инфраструктуру. Здесь много вопросов, связанных с развитием собственной инфраструктуры и с использованием того, что есть у наших партнёров.

И в заключение хотел бы предложить следующее. Считаю, что по итогам нашего сегодняшнего разговора нам необходимо приступить к разработке стратегии научно-технологического развития России на долгосрочный период. Подчеркну, это должен быть документ, базирующийся на наших существующих заделах, но при этом, безусловно, ориентированный в будущее, на серьёзные интеллектуальные прорывы, учитывающий качественно новые вызовы, как внешние, так и внутренние, стоящие перед Россией. И конечно, в нём должна быть заложена логика повышения роли науки как важнейшего инструмента и института развития общества.

Большое спасибо за внимание. Передаю слово Михаилу Валентиновичу Ковальчуку.

Для справки:(Ковальчук Михаил Валентинович, доктор физико-математических наук , член-корреспондент РАН, Директор Национального исследовательского центра "Курчатовский институт")

ковальчук М.Ковальчук: Уважаемый Владимир Владимирович! Уважаемые коллеги!

Как вы знаете, мы сегодня обсуждаем приоритеты научно-технологического развития. Я хотел бы подчеркнуть некие особенности при рассмотрении научных приоритетов.

Научные приоритеты с точки зрения масштаба и глубины их влияния на социально-экономическое развитие могут быть отнесены к двум категориям: тактические и стратегические.

Первые определяют ближнесрочную перспективу, обеспечивают эволюционно-модернизационное развитие существующей технологической базы и нацелены на конкретные продукты и рынки. В силу этого они носят рыночно-отраслевой характер.

Вторые приоритеты определяют среднюю и в основном долгосрочную перспективы, обеспечивают создание принципиально новых прорывных технологий на базе результатов фундаментальной науки и приводят к смене технологического уклада. Они нацелены на создание новых технологий. Конкретные продукты на начальном этапе не прогнозируемы.

Тактические и стратегические приоритеты взаимосвязаны и взаимообусловлены. В отсутствие первых (тактических) будущее может не наступить, а в отсутствие вторых уменьшается значимость решения тактических задач.

В нашей истории уже был успешный пример выработки и реализации этих приоритетов двух типов. У всех на слуху Великая Отечественная война, сегодня вспоминают Парад Победы, который состоялся в этот день. К концу Великой Отечественной войны Советский Союз обладал самой мощной боеспособной армией в мире и самой высокотехнологичной. Однако атомные бомбардировки Хиросимы и Нагасаки в августе 1945 года поставили под сомнение само существование нашей страны. СССР выиграл войну, реализуя приоритеты первого типа, а новый атомный вызов задал новый стратегический приоритет. Если бы этот приоритет у нас не реализовывался, победа могла бы быть полностью обесценена.

Реализация стратегических приоритетов всегда сопровождается мощнейшим мультипликативным эффектом (на четвёртом слайде можно посмотреть), это очень хорошо иллюстрирует атомный проект. В результате реализации всего лишь одной военно-стратегической моноцели – создания атомной бомбы – была не только обеспечена независимость и безопасность страны, но и созданы принципиально новые технологии, отрасли промышленности, составляющие сегодня основу нашего высокотехнологичного научно-производственного потенциала, конкурентного в самых высокоёмких областях на мировом рынке.

Хотел бы обратить внимание: например, компьютеры возникли только потому, что нейтронно-физические характеристики реакторов или траектории полёта в космос надо было рассчитывать, руками это сделать было сложно, и поэтому возникли компьютеры. А суперкомпьютеры, о которых мы все сегодня говорим, возникли в ответ на соглашение о запрете испытаний ядерного оружия.

Поэтому мы с вами должны отчётливо понимать: все материалы, которые сегодня используются в медицине, во всём остальном, выросли оттуда: ядерная медицина, изотопы, атомная энергетика, на рынках которой мы имеем доминирующее положение. Причём возникли многомиллиардные рынки.

Владимир Владимирович, Вы упомянули Арктику. Я хотел бы обратить внимание, что, например, лидирующие позиции нашей страны в освоении Арктики определяются наличием крупнейшего в мире атомного ледокольного флота, развитым материаловедческим научно-производственным комплексом, передовыми технологиями распределённой ядерной энергетики.

В ходе реализации атомного проекта в значительной мере был сформирован новый технологический облик страны как мировой сверхдержавы, а стратегические приоритеты трансформировались – что крайне важно – в тактические отраслевые. Трудно представить себе обратное преобразование тактических приоритетов в стратегические.

Глобальный вызов XXI века связан с необходимостью обеспечения устойчивого развития цивилизации. Базовым условием такого развития является достаточное количество энергии и ресурсов. Вместе с тем в условиях глобализации в технологическое развитие вовлекаются всё новые страны и регионы, что ведёт к интенсивному потреблению и, главное, истреблению природных ресурсов. А включение в состав активных технологических игроков, наряду со странами «золотого миллиарда», Китая и Индии в случае сохранения сегодняшнего пути развития ведёт цивилизацию к ресурсному коллапсу, который уже очевиден. В результате доминантой мировой политики становится борьба за истощающиеся ресурсы, причём в современном мире эта борьба характеризуется некоторыми особенностями.

Обратим внимание на то, что лидерство сегодня обеспечивается не прямой военной силой, а технологическим превосходством, подкрепляемым прямой военной силой. Военная колонизация сменилась технологическим порабощением, и, что важно, объектами этой колонизации могут быть и становятся развитые страны.

Причиной сложившейся кризисной ситуации является антагонизм природы и созданной человеком техносферы. Заметим, что природа миллионы лет существовала без ресурсного голода в рамках замкнутого самосогласованного ресурсооборота. Индустриальная же цивилизация всего лишь за 150–200 лет своего существования привела мир на грань ресурсной катастрофы.

Я приведу вам два примера. Первая вещь очень простая. Представьте себе, пока мы жили и пользовались мускульной силой, падающей водой, ветром, мы были органически частью природного ресурсооборота, мы не выходили из него. И в этом смысле был полный баланс, нормальный обмен веществ. Как только мы 200 лет назад изобрели паровую машину, потом электричество, мы мгновенно начали вытаскивать технологии из природы, они стали антагонистичны. А теперь, когда они стали массовыми, мы имеем эту картину.

Я приведу ещё один пример. За антропогенную историю, порядка миллиона лет, было израсходовано примерно 200 миллиардов тонн кислорода. Такое же количество кислорода было израсходовано за последние 50 лет индустриальной эры. Отсюда совершенно ясно, что выход из кризиса возможен лишь путём создания природоподобной техносферы.

Смысл создания природоподобной техносферы состоит в восстановлении естественного, самосогласованного ресурсооборота, своеобразного обмена веществ природы, нарушенного сегодняшними технологиями, вырванными из естественного природного контекста. Эти технологии, по сути, являются плохими копиями отдельных элементов природных процессов, поскольку они базируются на узкоспециализированной модели науки и на отраслевой технологии, фактически они – вынутые части, не входящие в гармоничную жизнь природы.

Проиллюстрирую ещё одним примером. Самое совершенное творение природы – это человеческий мозг. Представьте себе: всё, что вообще создано, создано этим неким эфемерным органом. Так вот этот орган, среднестатистический мозг, потребляет до 30 ватт в пиковый момент, а современная суперЭВМ – десятки киловатт. При этом эффективность всех компьютеров мира не достигает эффективности мозга среднестатистического человека. Существуют оценки, которые показывают, что рост мощности современных компьютеров будет ограничен не возможностями элементной базы или несовершенством схемы технических решений, а в основном недостаточностью энергоресурсов. Выход из положения – создание компьютеров, работающих на принципах человеческого мозга.

Таким образом, стратегическая цель современной цивилизации – включить технологии в естественный природный ресурсооборот на базе развития интегрированной междисциплинарной науки. Инструмент достижения этой цели – развитие интегрированной междисциплинарной науки и технологическое освоение её результатов. Это не выдумка, не теоретическое положение, этот вывод вытекает из естественного хода развития науки.

Уже сегодня более 70 процентов всей мировой исследовательской активности приходится на исследования живых объектов. Появились науки-связки, их масса: биохимия, биофизика, геофизика, даже нейроэкономика. И наконец, появление и развитие нанотехнологий как новой технологической культуры, по сути, на атомарном уровне стёрло грани между живым и неживым, между органическим природным миром и неорганикой. Важно, что результаты междисциплинарных исследований уже сегодня вышли в область технологий.

Примерами могут служить аддитивные технологии, которые у всех сегодня на слуху, использующие природный принцип формирования изделий снизу вверх. Всё, что мы делали до сегодняшнего дня, – мы брали бревно (простите за вульгаризм), отрубали ветки, можно было построить сруб. Потом отрубали ещё, делали брус, потом вагонку, паркет и так далее. Или мы добывали руду, выплавляли металл, потом делали слиток и на станке обрезали лишнее. До 90 процентов энергетических и ресурсных затрат шли в отвал, на загрязнение среды. А аддитивные технологии, использующие природный принцип наращивания снизу, – эти подходы, по сути, обеспечивают радикальное решение проблем ресурсосбережения, о которых Вы говорили в начале нашего совещания, Владимир Владимирович.

Ещё бы я обратил внимание наряду с аддитивными технологиями на биоэнергетику, биоэнергетические устройства, которые вырабатывают и используют энергию за счёт собственных естественных метаболических процессов в живых системах.

Таким образом, стратегическая цель развития цивилизации определяет новый глобальный вызов, научно-технологический приоритет – интеграцию, слияние наук и технологическое освоение результатов междисциплинарных исследований. Базой для этого является опережающее развитие междисциплинарных фундаментальных исследований и междисциплинарного образования.

Как и 70 с лишним лет назад, новый стратегический вызов был осознан государством и сформулирован в президентской инициативе – Стратегии развития наноиндустрии, первые два этапа которой были успешно завершены в 2007–2015 годах, [их реализация] заканчивается в этом году.

В качестве задач третьего этапа, который начинается в 2016 году, в президентской инициативе указано, цитата: «Опережающее развитие принципиально новых направлений, обеспечивающих создание в стране надотраслевой научно-образовательной и производственной среды в перспективе на ближайшие 10–20 лет». «Реализация третьего этапа приведёт к созданию принципиально нового технологического базиса экономики в Российской Федерации». Это цитаты президентской инициативы, объявленной в 2007 году. Таким образом, главный вектор, задающий направление научно-технологического развития, определён, сегодня мы вступаем в фазу конкретизации поставленной задачи и начала её практической реализации.

Сегодняшняя стартовая позиция характеризуется рядом рисков, важнейшим из которых является следующий: следование заданным извне приоритетам и критериям оценки эффективности науки. Это приводит фактически к обслуживанию чужих стратегических интересов за счёт наших ресурсов. Что очень важно, у нас сохраняется концентрация на рыночно-отраслевых тактических приоритетах.

Необходимо уже на старте – ещё одна очень важная вещь, я хочу подчеркнуть, – отчётливо осознавать, что создание природоподобных технологий содержит принципиально новые угрозы, связанные в первую очередь с неразличимостью гражданских и военных применений и непредсказуемостью цивилизационных последствий. Например, можно коснуться только одной части когнитивных наук – управления сознанием и телом человека. Я могу отдельно продолжить эту тему, но такого рода не очевидных угроз, но видных на входе – огромное количество, и надо относиться к ним очень внимательно.

Уважаемые коллеги, мы сегодня с вами являемся свидетелями глубокого изменения парадигмы развития науки, главным содержанием которого является переход от узкоспециализированной науки и отраслевых технологий к интегрированной междисциплинарной науке и природоподобным технологиям. Этот процесс может быть успешным только при соответствующей трансформации научно-образовательной сферы, её адаптации к новым задачам. Только те государства, которые поймут или поняли это своевременно, сумеют осуществить необходимые преобразования, смогут претендовать на роль научно-технологических лидеров будущего мира, даже, проще сказать, просто на роль участников будущего мира.

Ослабление, частичная дезорганизация системы науки и образования нашей страны в 1990-х – начале 2000-х годов дали толчок для её преобразования, формирования, по сути, нового научно-образовательного ландшафта России, который мы сегодня наблюдаем. У нас фактически создано почти четыре десятка университетов (около десяти федеральных, 30 исследовательских университетов), которые выведены на очень высокий мировой уровень по многим параметрам. Созданы первые национально-исследовательские центры, проходит реформа академической науки. В этом смысле мы имеем совершенно новый научно-образовательный ландшафт. В результате мы являемся сегодня практически одной из стран, наиболее подготовленных для стратегического, научно-технологического прорыва.

Спасибо большое.

В.Путин: Спасибо большое, Михаил Валентинович.

Пожалуйста, Дынкин Александр Александрович.

Для справки: (Дынкин Александр Александрович академик – секретарь Отделения глобальных проблем и международных отношений Российской академии наук, директор федерального государственного учреждения «Институт мировой экономики и международных отношений» Российской академии наук, академик Российской академии наук)

Дынкин А.Дынкин: Уважаемый Владимир Владимирович!

Моя группа в Совете при подготовке к нашему сегодняшнему заседанию занималась более прозаическими вещами: нам было поручено заняться углеводородами – от разведки до переработки.

Какие отсюда исходят вызовы? Если говорить по‑крупному, то больших вызовов два – это климатические изменения и экология и ресурсосбережение всех видов ресурсов, не только углеводородов, но и воды, воздуха, пространства и так далее. Очевидно, что оба эти вызова связаны с потреблением нефти и газа.

Какие ответы здесь просматриваются? В декабре состоится глобальная конференция по климату в Ле-Бурже. Похоже, что, в отличие от предыдущей конференции в Копенгагене, удастся договориться о низкоуглеродной парадигме. По крайней мере, уже два главных загрязнителя – Китай и Соединённые Штаты – зафиксировали позитивное отношение к глобальному климатическому договору, а на них приходится порядка 60 процентов загрязнений, если брать страны «двадцатки». Через несколько дней в Пекине пройдёт саммит ЕС – Китай. Там тема подготовки к декабрю тоже стоит в повестке дня.

Конечно, ископаемые топлива останутся основой мирового энергетического баланса. В умеренном низкоуглеродном сценарии доля ископаемого топлива в глобальном энергетическом балансе к 2040 году составит 74 процента, в сценарии радикальной климатической политики – 59. Сегодня этот показатель – 82 [процента]. Очевидно, что по любому из ожидаемых сценариев за этим структурным сдвигом стоят триллионы долларов.

По нашим предварительным оценкам, к 2035 году возможен пик спроса на сырую нефть. И наша рабочая группа подробно проанализировала факторы этой гипотезы, включая эволюцию образа жизни.

Природный газ – это единственное ископаемое топливо, доля которого в мировом энергопотреблении будет расти. Уже сегодня очевиден тренд, когда крупнейшие нефтяные компании в целях хеджирования рисков нефтяного рынка ускорили диверсификацию в газ.

Очевидно, что нефтегазовый сектор останется несущей конструкцией нашей экономики, однако технологические сдвиги здесь и, соответственно, волатильность рынков резко возросли. Если ещё в начале этого года мы говорили о региональных рынках газа, то сегодня благодаря СПГ [сжиженный природный газ] ценовой спред между Европой и АТР практически исчез. Сегодня больше нет ценовой премии по газу на азиатских рынках.

Очевидны и тренды ускорения интеграции газового рынка и рынка электроэнергетики. Поэтому научные и технологические прорывы по таким направлениям, как энергоэффективность, замена ископаемых топлив придут из сектора потребителей, прежде всего со стороны транспорта и электроэнергетики.

Например, целевые установки по сокращению потребления топлива на 100 километров для автотранспорта сегодня самые жёсткие в Китае. Они планируют к 2020 году сократить этот показатель на 29 процентов. Уже в этом году 16 китайских фирм выпустят более 100 тысяч автомобилей.

Ряд перспективных научных и технологических направлений в области производства энергоресурсов приведены в нашем докладе. Упомяну лишь две позиции. К 2017 году может быть исчерпан срок ресурса зарубежного оборудования гидроразрыва пласта. Сегодня у нас есть возможность заменить это импортное оборудование, есть опытные образцы, причём не только по полным комплексам, но и по расходным материалам.

Ещё одна позиция – это использование отечественного программного обеспечения для управления процессами, управления активами по всей цепочке создания добавленной стоимости. По нашим оценкам, на горизонте пяти-шести лет есть возможность обеспечить здесь 80-процентное импортозамещение.

В целом в условиях такой сильной волатильности мировых рынков, высокой инновационной активности в этом секторе очевидно, что стратегические решения требуют одновременно и скорости, и качества, причём как со стороны регуляторов, так и со стороны компаний. Логика повышения роли науки, о которой Вы говорили, исследования, мониторинг и прогнозирование в этой сфере позволят избежать многих неожиданностей.

Владимир Владимирович, если Вы позволите, два слова о трендах финансирования фундаментальной науки в Соединённых Штатах. Здесь очевидно, что в последние 10 лет науки о жизни вышли на первое место, они составляют более 50 процентов финансирования и занимают это место, в общем, устойчиво. В научных публикациях более 70 процентов статей приходится как раз на эти дисциплины.

Последние пять лет тренд – финансирование междисциплинарных исследований. Сегодня 30 процентов финансирования по линии Национального научного фонда, по линии национальных институтов здравоохранения идут на междисциплинарные вещи.

Даже в DARPA, и то занимаются биомедицинскими технологиями. По открытым данным, к 2018 году затраты на биомедицинские технологии вырастут на 40 процентов.

Похожие тенденции (я не хочу их перечислять – здесь и биоразнообразие, и нейробиология) в Национальном фонде естественных наук в Китае.

То есть, другими словами, мы являемся свидетелями интеграции, конвергенции широкого спектра наук о жизни с другими научными дисциплинами.

Спасибо.

В.Путин: Спасибо больше.

Лисица Андрей Валерьевич, пожалуйста.

Для справки: (Лисица Андрей Валерьевич – исполняющий обязанности директора ФГБУ «Научно-исследовательский институт биомедицинской химии имени В.Н.Ореховича» РАН, член-корреспондент Российской академии медицинских наук)

Лисица А А.Лисица: Уважаемый Владимир Владимирович!

Уважаемые коллеги!

Созданная при Совете межведомственная рабочая группа «Научное обеспечение повышения качества жизни» предлагает развивать приоритет «Здоровая Россия», используя социально-сетевые технологии.

Приоритет заключается в позиционировании здоровья как главной составляющей качества жизни. Уверен, вы согласитесь с тем, что невозможно улучшить качество жизни без целенаправленных усилий человека. Исходя из этого, мы сформулировали тезис: «За здоровье гражданина отвечает не только государство, но и сам гражданин».

На образ жизни приходится более 40 причин заболеваний. Суть нашего предложения заключается в создании системы научно обоснованного воздействия на привычки и образ жизни посредством сетевых технологий. Результатом станет интернет-здоровье, облачное информационное пространство медицинских данных и здоровьесберегающих технологий, улучшающих качество жизни за счёт использования передовых научных достижений.

Понятие качества жизни отождествляется индексом человеческого развития, который включает здоровье населения, образование и доход. Из перечисленного вопрос сохранения здоровья – единственный, в котором каждый человек может принять непосредственное участие. Проще говоря, «было бы здоровье, а остальное приложится».

Что мешает человеку быть здоровым и конвертировать своё здоровье в качество жизни? В России, как, впрочем, и в других странах, 80 процентов населения считает, что главное в жизни – это здоровье. Казалось бы, всё хорошо. Но только 20 процентов готовы что‑то предпринять для сохранения здоровья. Это напоминает апоптоз – явление программированной гибели клеток.

Итак, надо заинтересовать нового союзника – информированных, телекоммуникационным образом вовлекаемых в кооперацию людей. Задача находит отражение в усилении роли человека в сохранении здоровья. Провозглашается лозунг «Вся власть – пациентам!» Назрел вопрос сознательного выбора созидающих усилий, в результате которых гражданин становится менеджером здоровья.

В Год борьбы с сердечно-сосудистыми заболеваниями уместно упомянуть программу Бакулевского центра «Прогулка с врачом». Уже из названия понятен смысл этой инициативы. Более 6 тысяч человек существенно улучшили своё здоровье в результате того, что просто пришли на полуторачасовую прогулку.

И значительно более простые действия по сбору данных о своём организме могут положительно повлиять на человека. Почему? Хотя бы потому, что активность головного мозга способна позитивно влиять на ход заболеваний.

Нами ставится вопрос о разграничении технологий на медицинские, требующие разрешения регулирующего органа, и здоровьесберегающие, одобряемые профессиональным сообществом.

Примером здоровьесберегающих технологий является чтение, интерпретация и редактирование геномов. Уже сегодня осуществляется выбор эмбрионов при экстракорпоральном оплодотворении, выявление мутаций в злокачественных клетках при детских лейкозах, при раке молочной железы, и ещё есть масса других примеров.

С другой стороны, мониторинг состояния организма с использованием гаджетов, веб-приложений, мобильных устройств также относится к здоровьесбережению.

Раскрывая приоритет качества жизни, мы использовали уже прозвучавшие на сегодняшнем заседании принципы. Приоритет фокусирован, но при этом не относится ни к одной из групп населения. Вместо этого акцент сделан на формирование критической массы людей, способных к сотрудничеству с государством в социально-сетевой среде здоровьесбережения. То, что предлагается, охватывает широкие слои населения, применимо в государственном масштабе и одновременно способствует возникновению креативных рынков, связанных с хранением и обработкой больших информационных массивов.

Человек, использующий датчики параметров организма, создаёт десятки гигабайт данных, образно говоря, 300 миллионов книг, каждый из нас – это гигантская библиотека.

Большие данные допускают интуитивно понятную интерпретацию, в том числе в принципиальных вопросах, связанных с качеством жизни. В качестве движка для реализации предлагаемой инициативы послужат медиа-холдинги и IT-компании. Роль сектора телекоммуникаций сводится к распространению электронной цифровой подписи. Этого более чем достаточно. Ввод данных, безопасность и конфиденциальность возлагаются на сетевые порталы здоровьесберегающих услуг. Провайдеры услуг, работающие на этих порталах, будут отвечать за информированное согласие человека на использование обезличенных данных в облачной информационной модели.

Следует отметить высокую готовность российских IT-технологий заполнить нишу здоровьесбережения. Это первое социально значимое гуманитарное применение информационных технологий, которое требует продвинутых разработчиков, а они сегодня в России есть и способны справиться с высокотехнологичными задачами.

Конкретные варианты мы обсуждали с представителями деловых кругов, в том числе и с компанией «МегаФон», сетевой лабораторией «ИНВИТРО», сетью «Медскан», медицинскими IT-компаниями. Ожидаемые результаты реализации инициативы состоят прежде всего в формировании общества знания как необходимого шага к повышению качества жизни.

Подытоживая, позвольте процитировать: «И невозможное возможно в стране возможностей больших». Какие же выводы можно сделать из вышесказанного?

Первое. Учесть в составе приоритетов здоровьесберегающие технологии, предусматривающие участие граждан в сетевых проектах по научному обеспечению повышения качества жизни.

Второе. Разработать процедуру вывода на рынок продукции под маркировкой «Здоровьесберегающие технологии».

Третье. Регламентировать порядок электронного доступа к документам о состоянии организма. Действительно, вся нормативная база уже существует и по электронной подписи, и по основам охраны здоровья, и по персональным данным. Необходимы усилия, чтобы в унисон применить разрозненные законы в интересах граждан нашей страны.

С полным текстом стенограммы заседания можно ознакомиться по ссылке

 

Обсуждение

 

Написать комментарий

 
SEDMAX

Опрос

Законодательное обеспечение повышения энергоэффективности





 

Все опросы Все опросы →

Опрос

Использование современных инструментов для организации энергосбережения





 

Все опросы Все опросы →